– Это не имеет никакого значения! Участники места происшествия, у которых нет ничего общего, кроме животных фамилий, а фамилии не связаны причинно-следственной связью, – засомневался сразу же старший опер Козлов, разводя руками.
– Сходство фамилий! Это вам не кот в мешке… а шанс узнать ту самую правду! – вежливо настаивал с безупречными манерами Правосудов.
– Но каким образом вы узнаете правду? – заинтересовалась я.
– Такой же вопрос задал тогда и Полковник. Кража сгустила, как тучи, вместе людей с животными фамилиями, братьев меньших, – начал лично пояснять Правосудов, – судите сами. Господа животные:
Медведева – потерпевшая;
Бычков – дежурный, принявший сообщение о преступлении;
Копылов – следователь, ведущий следствие на месте кражи;
Рогов – участковый, производивший поквартирный обход;
Зайцев – эксперт-криминалист;
Козлов – руководитель группы по раскрытию краж. Все как в сказке о волке, козе и семерых ее козлятах.
– Кто не знает эту сказку! – согласилась я весело, намекая на фамилию опера Козлова.
– Только на новый лад! – сравнил Полковник. – Все дети любят слушать и смотреть сказки.
– А Полковник любит их рассказывать. Не шутите с Козловым! – неожиданно остро отреагировал на шутку опер Козлов.
– И правда, живой уголок! – согласилась я и лучше бы промолчала.
– А, репортерша желтой прессы, обожающая всюду совать нос, находит себе занятие по душе. Помолчали бы! – едко, но метко в пылу полемики рыкнул на меня опер Козлов.
– А то что? Начнете строить козни, девушки не промах! – не растерявшись, парировала я.
– Козлов, ну будь человеком! – пристыдил его Полковник.
«Оказывается, фамилия Козлов – его больное место. Полковник свел воедино два противоположных образа, а их отношения иногда становятся напряженными. Порой они, возможно, даже не разговаривают, но им приходится работать вместе. Смогут ли они оставить в стороне свои различия с тем, чтобы сосредоточиться исключительно на командном успехе? Однако черная кошка, пробежавшая между сыщиками, оборачивалась захватывающим произведением с непредсказуемыми поворотами сюжета – люди и звери», – отметила я в блокноте для колонки уголовной хроники.
– Да, тогда еще на место кражи выезжала звериный телерепортер Варя, – иронично напомнил опер Козлов.
– Итак, кража сгустила людей с животными фамилиями, ну и что? – спросила, не понимая, я.
– «Следовательно, если в одном месте оказались люди с животными фамилиями, то один из воров, совершивших кражу в этом месте, тоже имеет фамилию, связанную с животным миром», – предположил тогда сыщик Правосудов, – продолжил историю Полковник.
– Не верю! Животным здесь не место! И хотя, по странному стечению обстоятельств, по гороскопу вы Лев, царь зверей, но ничего львиного в вас нет, – злился тогда опер Козлов.
– А львиное сердце? – отшутился сыщик Правосудов.
– Сердце как у всякого человека! В вашем животном выводе нет главного – причинно-следственной связи, это заметила даже журналист, а сыщики не могут основывать версии на случайных совпадениях. Вдумайтесь, наши знакомые-животные устроили собрание. Цирк, да и только! А Полковник, как в лесу, наблюдает за животным миром, – ироничным смехом рассмеялся язвительный опер Козлов, рисуя яркую картинку. – Но современному оперу Козлову некогда распыляться на суеверия…
– А какой вкусный в цирке молочный коктейль! – подыграла я, но это не помогло, а только раззадорило.
– За козла ответишь! – вновь начал свирепеть Козлов с показушной козой. – Смотрите, кто заговорил. Звериный репортер! Вам право голоса никто не давал. Не будите во мне зверя!
– Ничего личного! Говорить имеет право каждый! – напомнила я Козлову о правах.
– Когда Козлов не в духе, лучше держаться от него подальш-ш-е… Узнаете, что называется, «на собственной шкуре». Люди и звери, надо же. Добрый вечер, животные! – даже теперь, по истечении времени, все никак не мог успокоиться раздосадованный опер Козлов.
– Вы, как кошка с собакой, не умеете выяснять отношения тихо, – примирительно вмешался Полковник.
«В общем, как ребята и зверята, эти два сыщика: Козлов и Правосудов. Их не разделяет цвет кожи, положение, сексуальная ориентация, каждый из них служит закону, вместе с тем они две полные противоположности, две морали, два мировоззрения. Соответственно, и в споре проявляются две несовместимые позиции», – записала я в блокнот уголовной хроники.
– Как известно, истина рождается в споре. У них разный подход к расследованию преступлений, но все же цель одна, и сыщики, пытаясь одержать верх в борьбе друг с другом, понимают друг друга, – примирительно сказал Полковник.
«А Полковник, учитель и наставник, помогает им уживаться рядом друг с другом», – вновь сделала я уточняющие наброски в дневнике.
Конец ознакомительного фрагмента.
